Я ДУШУ КЛАДУ НА ЛАДОНИ, ПРИШЕДШЕМУ В ГОСТИ КО МНЕ

«я душу кладу на ладони, пришедшему в гости ко мне»

ТВОРЧЕСКИЙ ВЕЧЕР"ЮРИЙ ДЕЯНОВ О СЕБЕ И СВОЁМ ТВОРЧЕСТВЕ".



  Юрий Деянов итоги многолетней литературной деятельности.
                                                                    
                                                                                 

Когда вам будет тяжело.
И на душе дождей ненастье,
Я к вам явлюсь легко, светло.
И подарю минуты счастья.
Откройте сборник мой, стихов,
Коснитесь строк в тиши душою.
Незримо волею богов,
Соединитесь вы со мною.
От всех невзгод вас уведу,
В страну духовного сиянья.
Я вас всегда с любовью жду,
Отдать вам сердца ликованье.

   19 сентября в читальном зале Новониколаевской ЦБ состоялся творческий вечер поэта Юрия Деянова. В июне месяце 2017 года  поэт был награждён Георгиевским крестом I степени, и этот вечер для него стал как подведение итогов многолетней литературной деятельности. В конце вечера Юрий Алексеевич подарил библиотеке свой роман в 4-х томах "Бузулук".
     Юрий Алексеевич Деянов,- поэт. Член «Московского Парнаса»,член Российского союза писателей, член Интернационального союза писателей, руководитель литературного объединения «Муза». Публиковался на страницах газет районного, областного и всероссийского масштаба. Печатался в независимом альманахе Московский Парнас, в Нью- Йорке, в литературном журнале «Я». Как поэт, вошёл во Всероссийский автобиобиблиографический ежегодник, «На пороге ХХ1 века». Его стихи вошли в коллективные сборники стихов: « На излуках Бузулука», «Признание в любви»,«Новоаннинские россыпи», «И пусть звонят колокола». Изданы его авторские сборники стихов: «Шёпот сердца», «Донская звезда», «Огонь любви». А так же сказки:«Сказка об Иване, да жене его Дивроне, да о сыне свет Титане», «Иван и царица Луна», «Сказка о котёнке и мышонке, и дочурочке – ребёнке». Печатались его авторские партитуры романсов и песен. Изданы объёмные книги: Роман в стихах «Жди меня»,написанный Онегинской строфой, «Пояс Зодиака», написанный Терциной, "Небо поэзии" - сюда вошли стихи, стихотворные опыты, венок сонетов, переводы и поэмы. В апреле месяце 2011 года его стихи вошли в VI том Антологии современной поэзии "Созвучье слов живых". Антология издана Московским Парнасом при содействие Академии российской литературы. В апреле месяце 2012 года на V Международном конкурсе по переводам болгарской поэзии занял первое место и приз «Зрительских симпатий». Там же в номинации «Мы плачем о погибших в ту войну», его стихотворение «Пришёл солдат к Мамаеву кургану»,Было удостоено Гран-при. В этом же году Юрий Деянов стал членом литературного координационного совета «Скруф» в Швеции. Его стихи печатаются, в шведской газете «Рурик», и в альманахе «От сердца к сердцу» на двух языках. Написаны и изданы четыре тома романа "Бузулук" в прозе. Его роман в стихах "Жди меня" помещён в библиотеку президента, а 2015-2016 г. роман публиковался в Греции в интернет журнале "9 Муз".Роман "Бузулук", также помещён в библиотеку президента. В своё семидесятилетие награждён орденом второй степени за "Веру, Дон и Отечество", а в свои 75 лет награждён медалью "За возрождение казачества Волги и Дона".За плодотворную литературную творческую деятельность, за внесение большого вклада в возрождение истории казачества, за преданность своему делу, в июне месяце 2017 года, награждён Георгиевским крестом I степени.







8 СЕНТЯБРЯ 74 - Я ГОДОВЩИНА НАЧАЛА БЛОКАДЫ ЛЕНИНГРАДА.


                  Стихи о блокаде Ленинграда.

...Я говорю с тобой под свист снарядов,
угрюмым заревом озарена.
Я говорю с тобой из Ленинграда,
страна моя, печальная страна...
Кронштадтский злой, неукротимый ветер
в мое лицо закинутое бьет.

В бомбоубежищах уснули дети,
ночная стража встала у ворот.
Над Ленинградом - смертная угроза...
Бессонны ночи, тяжек день любой.
Но мы забыли, что такое слезы,
что называлось страхом и мольбой.

Я говорю: нас, граждан Ленинграда,
не поколеблет грохот канонад,
и если завтра будут баррикады -
мы не покинем наших баррикад.

И женщины с бойцами встанут рядом,
и дети нам патроны поднесут,
и надо всеми нами зацветут
старинные знамена Петрограда.

Руками сжав обугленное сердце,
такое обещание даю
я, горожанка, мать красноармейца,
погибшего под Стрельною в бою:
Мы будем драться с беззаветной силой,
мы одолеем бешеных зверей,
мы победим, клянусь тебе, Россия,
от имени российских матерей.

                                          О. Берггольц

                                           ***

 
  ...Я буду сегодня с тобой говорить,
товарищ и друг мой ленинградец,
 о свете, который над нами горит,
о нашей последней отраде.

Товарищ, нам горькие выпали дни,
грозят небывалые беды,
но мы не забыты с тобой, не одни, -
и это уже победа.

Смотри - материнской тоской полна,
за дымной грядой осады,
не сводит очей воспаленных страна
с защитников Ленинграда.

Так некогда, друга отправив в поход,
на подвиг тяжелый и славный,
 рыдая, глядела века напролет
со стен городских Ярославна.

Молила, чтоб ветер хоть голос домчал
до друга сквозь дебри и выси...
А письма летят к Ленинграду сейчас,
как в песне, десятками тысяч.

Сквозь пламя и ветер летят и летят,
их строки размыты слезами.
На ста языках об одном говорят:
"Мы с вами, товарищи, с вами!"
А сколько посылок приходит с утра
сюда, в ленинградские части!
Как пахнут и варежки, и свитера
забытым покоем и счастьем...

И нам самолеты послала страна, -
да будем еще неустанней! -
их мерная, гулкая песня слышна,
и видно их крыльев блистанье.

Товарищ, прислушайся, встань, улыбнись
и с вызовом миру поведай:
- За город сражаемся мы не одни, -
и это уже победа.

Спасибо. Спасибо, родная страна,
за помощь любовью и силой.
Спасибо за письма, за крылья для нас,
за варежки тоже спасибо.

Спасибо тебе за тревогу твою -
она нам дороже награды.
О ней не забудут в осаде, в бою
защитники Ленинграда.

Мы знаем - нам горькие выпали дни,
грозят небывалые беды.
Но Родина с нами, и мы не одни,
и нашею будет победа.

                                   О. Берггольц
            
                                   ***
                        Блокада                                    
Кто-то помнит об этом со школьной скамьи,
Кто-то – с первых ступеней детсада...
В необъятной стране нет, пожалуй, семьи,
Где не знают, что значит – БЛОКАДА...

Про разруху и голод, про жизнь без прикрас,
Про спасение Летнего сада...
Мы вдыхаем, как воздух, правдивый рассказ
О суровой судьбе Ленинграда.

Из музейных архивов, из фильмов и книг
Про блокадные дни или ночи...
Я ни разу не слышал про тяжесть «вериг»,
Кровь за кровь – в череде многоточий.

Пискарёвские плиты – священный гранит
С миллионом непрожитых жизней...
Имена, словно знамя на теле, хранит,
Как присягу на верность Отчизне.

Вскоре – семьдесят лет с той жестокой поры,
Но не скоро затянутся раны...
Каждый год, в небеса отпуская шары,
В землю кланяюсь Вам, ВЕТЕРАНЫ!

                                   
                                                 Владимир Кухарь 

                  ***
        Блокада
Выжить – цель и обычная участь,
Чтоб пером нацарапать повесть,
Как в одних умирала трусость,
Как в других просыпалась совесть...

Только выжить – всего-то и надо,
Старый очень, неважно, иль молод…
Им, блокадникам. жаль Ленинграда,
Холод страшен был – внутренний холод!

Снова жизнь здесь боролась со смертью,
Встав за грань и порог истощенья
Тягой к жизни стегала, как плетью,
У врагов не моля снисхожденья!...

Умирали за Родину роты
И не слышали сводок хвалебных.
Умирали, ползли на работу
Для победы и... карточек хлебных.

..Знал художник, поэт подворотен
Город тёмный не виден из рая!
На последнем из сотен полотен
Рисовал город свой, умирая...

Гневным стоном сирены завыли –
В небе тучи стервятников снова!
Как ладонями город прикрыли
Тучи – словно молились покрову...

Нет воды. Утром будет молитва,
Шёпот тихий сухими губами –
Лишь о будущем ( каждый день – битва),
О Победе своих над врагами.

Нет вина на печальные тризны.
Смерть привычна. Жестоки итоги –
Жизнь ушла на Дороге их жизни,
А другой не бывает дороги…

..На Фонтанке лёд – стылая корка,
Только чёрные пятна местами:
Санки с трупом – везут их из морга
Под слепыми от горя мостами.

И не знает блокадная пресса,
Кто в тех санках – блокадный подросток?
А быть может, ушла поэтесса
Или Мастер – упал, умер просто...

Нет, не выжить, окопы не роя...
Сколь героев в родимой отчизне?
Жертвы мы, или, может, герои?
Всё равно – каждый тянется к жизни!...

..Метроном – звука точного сила,
Пострашней поднебесного грома,
И, когда бы меня ни спросили –
Слышу, чувствую стук метронома!

Не хотелось погибнуть нелепо,
Быть убитым фашистским снарядом…
Бомбы падают гулко и слепо -
ДО СИХ ПОР, КАК МНЕ КАЖЕТЕТСЯ, - РЯДОМ...

Не бомбите меня! НЕ БОМБИТЕ!
Говорят, что сегодня мой праздник?!
Повезло… Вот он я – жив, смотрите!
Я зовусь страшным словом – БЛОКАДНИК!

Вспоминают блокадные дети,
Зализавшие раны подранки.
Вот и я вспоминаю дни эти –
Берега лет военных Фонтанки!

..Как мне вспомнить всё это хотелось:
Всю блокадную, страшную повесть,
Где в одних просыпалась смелость,
А в других просыпалась совесть!

         
                                      Валерий Таиров.
         ***
   
              Блокадный подарок
Пусть в доме будет чисто и светло.
И пусть любовь сердца оберегает.
И хлеб и соль за праздничным столом
По праву своё место занимают.

И уважаем будет тот народ,
Кто сохранил рецепты вековые,
И пусть чурек , лепёшку он печёт
Иль каравай горячий с пЕчи вынет.

Богат, разнообразен, многолик
Мир хлеба на прилавке в магазине.
Кто бородинский чёрный есть привык,
А, может, рижский выберут другие.

Бывает, что кусок не доедим
И голубям на корм отправим крошки.
Но голод лишь однажды пережив,
Опять блокаду вспомнят, как нарочно.

Меня одна растрогала до слёз
История в блокадном Ленинграде:
Двум девочкам однажды довелось
Бесценную доставить маме радость.

Не розы, не духи, не шоколад -
Но был подарок этот всех важнее:
От скудной паечки три дня подряд
Кусочек маме отделять сумели.

И, спрятав от самих себя наверх,
Хоть съесть его хотелось им до дрожи,
Свою любовь в Международный день
Приподнесли на маленьких ладошках...

Пусть никогда не будет больше войн!
Пусть голод не придёт в твои селенья!
Пусть будет хлеб! Всего дороже он.
И перед ним склоняю я колени.

                                   Лариса Семиколенова.  
                
                                 ***  

                 Ленинградцам
Отскочило упругой горошиной,
прокатилось по хрупкому льду
счастье, пеплом седым припорошено,
да часы отбивают беду.

Метронома глазницы провалены,
меж домов бродит каменный гость.
Лишь тепло из дырявеньких валенок
вытекает и стынет как кость.

Не помогут Казанский с Исаакием,
сиротливый, озябший причал.
То Нева, повидавшая всякое,
в душу мерно вливает печаль.

Двести грамм в зачерствелом кирпичике,
с отрубями ржаная мука.
Сеть морщинок на детское личико,
всё костлявая ближе рука.

Догорает щепой неутешною
еще помнивший деда сервант.
Голод теткою зело кромешною.
Соль да спички – скупой провиант.

                                                 Михаил Калегов

18 января 1943 прорвано блокадное кольцо

                               
                                      ***  
                 Ленинграду
За тебя, мой город, за тебя,
Не скрывая слёз, шепчу молитву.
Ты, как Феникс, вышел из огня,
Одолев врага в блокадной битве.

..............

Сколько надо выплакать слёз,
Чтоб утешить печаль твою
Об ушедших в блокадный мороз,
И о выживших на краю.

Сколько надо болеть душой
О разбитых мечтах твоих...
Не они ли каждой весной
На могилах цветут седых.

Пискарёвская тишина.
Метронома глухой отсчёт -
Здесь покоится та война,
Не сломившая твой народ.

                          
                               Марина Рудалёва.





День знаний пришел, и учиться пора,
С цветами спешит в школьный двор детвора,
Каникулы в прошлом, их ждут впереди
Уроки, волнение, осень, дожди...

С Днем знаний вас всех! Пусть приходит успех
И счастье огромное, ну а помех
Не встретите вовсе на славном пути!
Желаю добру в ваших душах цвести!
                      
                      ***
У осени чудесный вид –
Сентябрь взялся за дело:
Клён рыжим пламенем горит.
Рябинка покраснела.

На клумбах астры всех цветов,
Как звёздочки, красуются.
И на своих учеников
Родители любуются.

Сентябрь раскрасил школьный двор
Цветами и улыбками.
Из листьев расстелил ковёр –
Он с золотыми бликами.

Идём мы в школу первый раз,
Прощайте дошколята!
Мы в братство школьное сейчас
Вступить хотим, ребята! 

                       ***
Сентябрь прыгнул в календарь.
Он при параде и с цветами,
Зажав под мышкою букварь,
Дверь распахнул к дороге знаний.

Поторопись! Звенит звонок!
Скучает белый лист тетради.
Он ждет давно неровных строк,
Маня расчерченною гладью.

Давай скорей! Раскрыт дневник.
Его поля пусты. Он грустен.
Зовет отметки на пикник.
Но помни, двойки не пропустит!

Беги уже! Зовут друзья,
Заполнив школу голосами.
Ведь без тебя начать нельзя
Урока первого в День знаний! 



"ИХ ИМЕНА В БЕССМЕРТИЕ ВОШЛИ" (К 75-И ЛЕТИЮ САЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ)

                               А. ЯШИН - ПОЭТ УЧАСТНИК СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ. 

               
Александр Яшин, поэт одного с Долматовским поколения, внес много собственных чувств и индивидуальных художественных деталей в хронику Сталинградской битвы. Первый военный год А. Яшин провел на Балтике, публикуясь в флотских изданиях, а летом 1942 был зачислен в Волжскую военную флотилию в штат политотдела инструктором по снабжению культпросветимуществом, затем редактором газеты во вторую бригаду, дислоцированную в Сталинграде, и находился здесь с августа до завершения битвы. Яшинский девиз «Работа поэта должна сливаться с работой солдата. Русские поэты всегда были храбрыми на войне» осуществлялся им на практике. Помимо чтения «свежеиспеченных» стихов на канонерских лодках и бронекатерах, он не упускал случая принять участие в боевых операциях. Первое стихотворение, которое он написал на сталинградской земле, «Круши его, матушка Волга», оперативно опубликовали журналы «Краснофлотец» и «Новый мир»: «Разбойничать немцу недолго, (На горло ему наступи.) Круши его, матушка  Волга, / Руби его, жги и топи». В конце августа Яшину было присвоено звание ст. политрука. Потрясенный варварской бомбардировкой города, заставшей его в центре Сталинграда, он тут же принимается за поэму, название которой определилось сразу, — «Город гнева». В середине сентября она появилась в газетах «Сталинградское знамя» и «Сталинградская правда», став первой поэмой о волжском сражении. За время пребывания на волжской земле Яшиным опубликовано около  70 стихотворений, которые вошли в сборники «Стихи о Сталинграде» (1944) и «Клятва» (1945). По мнению автора предисловия к первой книге секретаря областного комитета партии А. С. Чуянова, «эти стихи помогут воскресить величественную эпопею Сталинграда, образы наших славных героев, их боевой дух, силу и отвагу, величие и благородство их подвигов». Почти каждое яшинское стихотворение этой поры, будь то, к примеру, «Флаг», «Триста моряков» или упомянутая баллада, восходит к определенному факту, представляя собою неразвернутый репортаж.
 Биография
Александр Яковлевич родился 14 (27) марта 1913 года в деревне Блудново (ныне Никольского района Вологодской области) в крестьянской семье. Первая публикация в 1928 году. В 1931 году окончил педагогический техникум в городе Никольске, учительствовал в деревне, много читал, писал стихи, сотрудничал в вологодских и архангельских газетах, начал печататься в 1928 году. Первый сборник стихотворений «Песни Северу» увидел свет в 1934 году в Архангельске. Незадолго до Первого съезда советских писателей стал председателем оргкомитета его вологодского отделения. В 1935 году переехал в Москву. Учился в Литературном институте имени А. М. Горького, который окончил в 1941 году. Одновременно работал заместителем редактора многотиражной газеты.
В годы Великой Отечественной войны ушёл добровольцем на фронт и в качестве военного корреспондента и политработника участвовал вобороне Ленинграда и Сталинграда, в освобождении Крыма. В 1942—1943 годах изданы его сборники стихов «На Балтике было» и «Город гнева».
В послевоенные годы много ездил по стране: поездки по Северу, на Алтай, на строительство гидроэлектростанций, на целину. Впечатления от увиденного нашли отражение в сборниках стихов «Земляки» (1946), «Советский человек» (1951), в поэме «Алена Фомина» (1949).
В выступлении на Втором съезде СП СССР признал свою долю вины за то, что литература сталинского времени была неискренней, объяснив это недостатком гражданского мужества, призвал вернуть поэзию С. А. Есенина советской литературе. С этого времени творчество Яшина коренным образом изменилось, в каждом произведении он стремился к максимальной честности.
Рассказ «Рычаги» (1956) о подавлении личности партийным аппаратом не переиздавался до времён перестройки.
Повесть «В гостях у сына», написанная в 1958 году, была напечатана лишь в 1987 году, как и ещё несколько рассказов. Неприкрашенная картина колхозной жизни в рассказе «Вологодская свадьба» (1962) подвергалась нападкам догматических критиков.
А. Я. Яшин умер от рака 11 июля 1968 года в Москве. Похоронен в родном селе.

Семья
Был дважды женат, имел троих детей от первой жены и четверых от второй. От первого брака: сын Яков Смирницкий (фамилия жены) (1937 г.р.); дочь Татьяна Смирницкая (по мужу Чалова)(1939 г.р.), названная своей бабушкой в честь Татьяны Лариной, редактор современной советской поэзии; дочь Нина Яшина, по мужу Торшина (1943 г.р.). От второго брака: сын Александр Яшин (1949—1965), застрелился, похоронен в Переделкино на Переделкинском кладбище; дочь Наталья; дочь Злата; сын Михаил Яшин (род. ок. 1953) — играл на гитаре в школьной группе Андрея Макаревича. Стал музыкантом. Живёт в Париже.
Одним из увлечений Яшина была поэтесса Вероника Тушнова, которая посвятила ему цикл стихотворений "Сто часов счастья", одно из них "Не отрекаются любя" было положено на музыку и исполнено А. Пугачёвой. В ответ на стихотворение "Сто часов счастья" , давшее название циклу, его жена ответила стихотворением со строчками: "Сто часов счастья взяла и украла".

Увековечивание
В Вологде именем Александра Яшина названа улица.
Мемориальный комплекс А. Я. Яшина (Бобришный угор; деревня Блудново Никольского района Вологодской области) открыт решением Вологодского облисполкома 10 октября 1989 года; включает дом, построенный в 1962 году, и могилу поэта с памятником-надгробием, которые являются памятником регионального значения.

Произведения
Книги стихов
«Песни Северу» (1934)
«Свежий хлеб» (1957)
«Совесть» (1961)
«Босиком по земле» (1965)
«День творенья» (1968)
Поэмы
«Город гнева» (1943)
«Алёна Фомина» (1949)
Рассказы
«Рычаги» (1956)
«Вологодская свадьба» (1962)
Два рассказа // «Наш современник», 1987, № 10
Повести
«Сирота» (1962)
«Угощаю рябиной» (1965)
В гостях у сына // «Москва», 1987, № 12
Дневники
Дневники 1941—1945 // «Октябрь», 1975, № 4, отд. изд. — 1977
Бобришный Угор. Из дневников последних лет // «Октябрь», 1980, № 1-2

Награды и премии
Сталинская премия второй степени (1950) — за поэму «Алёна Фомина» (1949)
орден Красной Звезды и медали
Биография 3Александр Яковлевич родился 14 (27) марта 1913 года в деревне Блудново (ныне Никольского района Вологодской области) в крестьянской семье. Первая публикация в 1928 году. В 1931 году окончил педагогический техникум в городе Никольске, учительствовал в деревне, много читал, писал стихи, сотрудничал в вологодских и архангельских газетах, начал печататься в 1928 году. Первый сборник стихотворений «Песни Северу» увидел свет в 1934 году в Архангельске. Незадолго до Первого съезда советских писателей стал председателем оргкомитета его вологодского отделения. В 1935 году переехал в Москву. Учился в Литературном институте имени А. М. Горького, который окончил в 1941 году. Одновременно работал заместителем редактора многотиражной газеты. б9 В годы Великой Отечественной войны ушёл добровольцем на фронт и в качестве военного корреспондента и политработника участвовал в обороне Ленинграда и Сталинграда, в освобождении Крыма. В 1942—1943 годах изданы его сборники стихов «На Балтике было» и «Город гнева». б14 В послевоенные годы много ездил по стране: поездки по Северу, на Алтай, на строительство гидроэлектростанций, на целину. Впечатления от увиденного нашли отражение в сборниках стихов «Земляки» (1946), «Советский человек» (1951), в поэме «Алена Фомина» (1949). б24В выступлении на Втором съезде СП СССР признал свою долю вины за то, что литература сталинского времени была неискренней, объяснив это недостатком гражданского мужества, призвал вернуть поэзию С. А. Есенина советской литературе. С этого времени творчество Яшина коренным образом изменилось, в каждом произведении он стремился к максимальной честности. Рассказ «Рычаги» (1956) о подавлении личности партийным аппаратом не переиздавался до времён перестройки. Повесть «В гостях у сына», написанная в 1958 году, была напечатана лишь в 1987 году, как и ещё несколько рассказов. Неприкрашенная картина колхозной жизни в рассказе «Вологодская свадьба» (1962) подвергалась нападкам догматических критиков. могилаА. Я. Яшин умер от рака 11 июля 1968 года в Москве. Похоронен в родном селе.Источник информации: http://www.worldpoesy.com/?country=ru&objectType=biography&id=f0arwmj8m5fnmkbg © worldpoesy.co

Биография 3Александр Яковлевич родился 14 (27) марта 1913 года в деревне Блудново (ныне Никольского района Вологодской области) в крестьянской семье. Первая публикация в 1928 году. В 1931 году окончил педагогический техникум в городе Никольске, учительствовал в деревне, много читал, писал стихи, сотрудничал в вологодских и архангельских газетах, начал печататься в 1928 году. Первый сборник стихотворений «Песни Северу» увидел свет в 1934 году в Архангельске. Незадолго до Первого съезда советских писателей стал председателем оргкомитета его вологодского отделения. В 1935 году переехал в Москву. Учился в Литературном институте имени А. М. Горького, который окончил в 1941 году. Одновременно работал заместителем редактора многотиражной газеты. б9 В годы Великой Отечественной войны ушёл добровольцем на фронт и в качестве военного корреспондента и политработника участвовал в обороне Ленинграда и Сталинграда, в освобождении Крыма. В 1942—1943 годах изданы его сборники стихов «На Балтике было» и «Город гнева». б14 В послевоенные годы много ездил по стране: поездки по Северу, на Алтай, на строительство гидроэлектростанций, на целину. Впечатления от увиденного нашли отражение в сборниках стихов «Земляки» (1946), «Советский человек» (1951), в поэме «Алена Фомина» (1949). б24В выступлении на Втором съезде СП СССР признал свою долю вины за то, что литература сталинского времени была неискренней, объяснив это недостатком гражданского мужества, призвал вернуть поэзию С. А. Есенина советской литературе. С этого времени творчество Яшина коренным образом изменилось, в каждом произведении он стремился к максимальной честности. Рассказ «Рычаги» (1956) о подавлении личности партийным аппаратом не переиздавался до времён перестройки. Повесть «В гостях у сына», написанная в 1958 году, была напечатана лишь в 1987 году, как и ещё несколько рассказов. Неприкрашенная картина колхозной жизни в рассказе «Вологодская свадьба» (1962) подвергалась нападкам догматических критиков. могилаА. Я. Яшин умер от рака 11 июля 1968 года в Москве. Похоронен в родном селе.Источник информации: http://www.worldpoesy.com/?country=ru&objectType=biography&id=f0arwmj8m5fnmkbg © worldpoesy.com


Стихи о Сталинградской битве (к 75-и летию Сталинградской битвы)

Йоуханнес ур Кётлум
ГРОМЫХАЕТ БОЙ
Здесь на улицах и в скверах
Громыхает бой;
Кровь горячая смешалась
С волжскою водой;
Почернел в дыму пожаров
Город молодой.
Никогда еще опасность
Не была грозней.
И решает судьбы мира
Битва этих дней. –
Люди веруют в победу –
Веры нет сильней.
Мелет мельница стальная,
Жернова гремят.
Но бойцы несокрушимо
Под огнем стоят;
Все народы защищают
Красный Сталинград.
И палач, поправший Запад,
В страхе говорит:
«Кровь течет, проходит время,
Вес кругом горит.
Разве это бьются люди?
Сердце их – гранит».
Жизнь фашистам отвечает:
«Здесь народ иной!
Здесь не просто защищают
Город свой родной,
Здесь родится утро мира,
Сгинет мрак ночной».
Виден нам непобедимый
Новый свет идей,
Не удастся уничтожить
Вам таких людей.
Мы за будущее бьемся
Родины своей.

Алексей Сурков
ЗАЩИТНИК СТАЛИНГРАДА
В зное заводы, дома, вокзал.
Пыль на крутом берегу.
Голос Отчизны ему сказал:
«Город не сдай врагу!»
Верный присяге русский солдат,
Он защищал Сталинград.
Гулко катился в кровавой мгле
Сотой атаки вал,
Злой и упрямый, по грудь в земле,
Насмерть солдат стоял.
Знал он, что нет дороги назад –
Он защищал Сталинград.
Сто пикировщиков выли над ним
В небе, как огненный змей,
Он не покинул окопа, храним
Верностью русской своей.
Меж обгорелых черных громад
Он защищал Сталинград.
Танк на него надвигался, рыча.
Мукой и смертью грозил.
Он, затаившись в канаве, сплеча
Танки гранатой разил.
Пулю – за пулю. Снаряд – за снаряд.
Он защищал Сталинград.
Смерть подступала к нему в упор.
Сталью хлестала тьма.
Артиллерист, пехотинец, сапер –
Он не сошел с ума.
Что ему пламя геенны, ад?..
Он защищал Сталинград.
Просто солдат, лейтенант, генерал –
Рос он в страде боевой.
Там, где в огне умирает металл,
Он проходил живой.
Сто изнурительных дней подряд
Он защищал Сталинград.
Время придет – рассеется дым.
Смолкнет военный гром.
Шапку снимая при встрече с ним.
Скажет народ о нем:
– Это железный русский солдат,
Он защищал Сталинград.
1942

Микола Упеник
ОГОНЬ НА МЕНЯ!
Когда, изранена стократ,
Сама земля горела,
Когда фашисты в Сталинград
Рвались остервенело,
Дошел по рации, звеня,
Скупой приказ комбата:
– Огонь давайте на меня,
Скорей огонь, ребята!
Тот крик души, прорезав тьму,
В ушах стучал неистов.
Но не могли по своему
Стрелять артиллеристы.
А он никак не умолкал,
Покрыв пальбы раскаты,
Свой долг их выполнить он звал:
– Огонь, огонь, солдаты!..
Он то молил их, как друзей,
И старых, и безусых,
То клял их силой сердца всей,
Как подлецов и трусов.
Грозился, мертвый, их кляня,
Обиду помнить свято:
–Огонь давайте па меня,
Скорей огонь ребята!
Не прерываясь, он гремел,
Хлестал в сердца и лица,
И Долг солдатский повелел
приказу подчиниться.
Над громом пушек вился он,
В дыму – над батареей:
– Огонь!
– Огонь!
– Огонь!
– Огонь! –
Пылая, голос реял...
За грозным валом, в свой черед,
Подобна урагану,
Рванулась гвардия вперед
К Мамаеву кургану.
И на вершине лишь, скорбя,
Смогли увидеть люди,
Зачем он вызвал на себя
Огонь своих орудий!..
Закрыл дорогу он врагу,
Став огневою целью.
Все трупы, трупы на снегу –
Зеленые шинели...
И, вверх подняв
Свой мертвый взгляд,
В победу полный веры,
Среди врагов лежал комбат,
Один – в шинели серой.
Перевод с украинского П. Алдахина

                                                Григор Акопян
Следы врага – развалины и пепел.
Здесь все живое выжжено дотла.
Сквозь дым не видно солнца в черном небе,
На месте улиц камни и зола.
Здесь жизнь и смерть сошлись на поле боя,
На свет и мрак огромный мир деля.
Священной местью павшего героя
Здесь дышит раскаленная земля.
Зловещий гул тротила и металла.
Морозом все насквозь прокалено.
Лишь вспышки взрывов полыхают ало
– Им в этом пекле властвовать дано.
И мы стоим. Цепляемся за камни
С такой же силой, как огонь и лед.
Сама земля солдатскими руками
Непрошенных пришельцев злобно бьет.
Пусть против нас здесь тысячи орудий,
На каждого десятки тонн свинца,
Пусть смертны мы, пускай мы только люди,
Но мы верны Отчизне до конца.
Бронированные ползут громады,
Огнем и сталью наступает враг.
Дрожит земля от страшной канонады
– Но только мы отсюда ни на шаг!
Здесь все смешалось в этой круговерти:
Огонь и снег, пыль и свинцовый град.
Кто уцелеет здесь … до самой смерти
Не позабудет грозный Сталинград.
Но прозвучал уже набат расплаты.
От взрывов бомб в огне весь небосклон.
Огнем сметая на пути преграды,
Мы наступаем с четырех сторон.
Не думал враг, что здесь найдет могилу,
Не верил в чудо скорых перемен.
Но только сила одолеет силу,
Теперь врагу одно спасенье – плен.
Бушуй, войны народной половодье,
Собою вражьи захлестни края…
Герои вечно будут жить в народе,
Аврора славы – Родина моя! 1942 – 1943 г.г. 
                                     Владислав Занадворов
 КУСОК РОДНОЙ ЗЕМЛИ
Кусок земли, он весь пропитан кровью.
Почернел от дыма плотный мерзлый снег.
Даже и привыкший к многословью,
Здесь к молчанью привыкает человек.
Впереди лежат пологие высоты,
А внизу - упавший на колени лес.
Лбы нахмурив, вражеские дзоты
Встали, словно ночь, наперерез.
Смятый бруствер. Развороченное ложе.
Угол блиндажа. Снаряды всех смели.
Здесь плясала смерть, но нам всего дороже
Окровавленный кусок родной земли.
Шаг за шагом ровно три недели
Мы вползали вверх, не знавшие преград.
Даже мертвые покинуть не хотели
Этот молньей опаленный ад.
Пусть любой ценой, но только бы добраться,
Хоть буравя снег, но только б доползти,
Чтоб в молчанье страшно и жестоко драться,
Всё, как есть, сметая пути.
Под огнем навесным задержалась рота,
Но товарищ вырвался вперед…
Грудью пал на амбразуру дота
- Сразу кровью захлебнулся пулемет!
Мы забыли всё… Мы бились беспощадно….
Мы на лезвиях штыков наш гнев несли,
Не жалея жизни, чтобы взять обратно
Развороченный кусок родной земли. 
                                      Маргарита  Агашина
ВТОРОЕ ФЕВРЯЛЯ
В свой срок –
не поздно и не рано –
придёт зима,
замрёт земля.
И ты
к Мамаеву кургану
придёшь
второго февраля.
И там,
у той заиндевелой,
у той священной высоты,
ты на крыло
метели белой
положишь красные цветы.
И словно в первый раз
заметишь,
каким он был,
их ратный путь!
Февраль, февраль,
солдатский месяц –
пурга в лицо,
снега по грудь.
Сто зим пройдёт.
И сто метелиц.
А мы пред ними
всё в долгу.
Февраль, февраль.
Солдатский месяц.
Горят
гвоздики
на снегу.



Стих А. Сурков 'Защитник Сталинграда'

Писатели — участники Сталинградской битвы( к 75 - летию Сталинградской битвы)



  В первый день войны на писательском митинге в Москве была  принята  резолюция:  «Каждый  советский писатель готов все свои силы, всю свою кровь, если это понадобится, отдать делу  священной  народной  войны  против врагов нашей Родины!»
Ни одна страна, оказавшаяся  во  Вторую  мировую  войну на пути  гитлеровских  полчищ, не получила от своей  литературы  такой  единодушной  и самоотверженной  поддержки,  как  наша, такого заряда боевой энергии, непримиримости, ненависти к фашизму. В Великой Отечественной войне в качестве военных журналистов, командиров, политработников,  «народных  мстителей»  участвовало свыше  тысячи  советских писателей.
Каждый  третий из них погиб, каждый пятый прошел сквозь  горнило Сталинградской  битвы. Восемнадцать литераторов стали Героями Советского  Союза. Приравняв  перо  к штыку,  война  открывала  путь  на фронт  и  старейшинам писательского  цеха,  и  его  новобранцам, мастерам и подмастерьям. Многие из будущих писателей начинали с журналистской деятельности  в  газетах фронтов,  армий, дивизий  и  более  мелких  подразделений, принявших  участие  в Сталинградской битве.
Даже  классик  советской  литературы, автор  «Железного  потока»  79-летний А. С. Серафимович  нашел  в  себе  силы пробраться на танке в Сталинград, чтобы обратиться  с  воззванием  к  защитникам города.
С  первых  дней Великой Отечественной войны вернулся к журналистской деятельности Илья Эренбург, опубликовав за 1418 военных дней почти две тыс. статей и корреспонденций с разных участков фронта, в том числе и из Сталинграда, где он неоднократно  бывал.
Автор  «Хождения по  мукам» А.  Толстой,  собиравший  в Царицыне  в  годы  Гражданской  войны материал  для  повести  «Хлеб»,  тоже  побывал  в  осажденном  городе.
 Постоянно бывал в войсках, в том числе на Сталинградском фронте, Михаил Шолохов, откликаясь на события рассказами и очерками, один из которых - «Наука ненависти», ставший классикой военной публицистики, написан в сл. Николаевской, напротив Камышина. Широким  полотном  событий,  очевидцем которых стал автор «Тихого Дон», явился незавершенный роман «Они сражались за родину».
С первых дней войны находился в войсках Алексей Сурков, песня которого «Бьется в тесной печурке огонь…», под названием «Землянка», принесла ему мировую известность. Вместе с отступающими из под Харькова  войсками А. Сурков ступил на сталинградскую землю в качестве корреспондента «Красной звезды» и был на ней до конца битвы на Волге. За то время написал много очерков, корреспонденций,  стихов,  рассказывающих  о ней.
Из «писательской роты», как образно называли  литераторов,  по  возрасту  не подлежащих  мобилизации  и  добровольно  отправившихся  на фронт,  в  обороне Сталинграда  принимали  участие М. В. Лузгин  и О.  Е. Черный,  родившиеся  в конце 90-х годов девятнадцатого века. М. Лузгин  был  военным  корреспондентом газеты 64-й А «За Родину» (см. Печать военная). Получив задание Военного совета писать историю битвы, он находился в  первом  эшелоне  и  погиб  «как  человек долга, человек большой совести и большого сердца». Похоронен  в  братской  могиле на  берегу Волги  в Бекетовке.  Тяжело ранен  был  на  командном  пункте  65-й армии и  О.Черный,  вошедший  в  литературу талантливыми  романами  о жизни,  быте и творчестве музыкантов («Музыканты», «Опера Снегина»,  «Пути  творчества»).
Длительное  время  в  послевоенные  годы возглавлявший журнал «Советский Союз» Н. М. Грибачев во время Сталинградской битвы был командиром взвода саперного батальона.  Его  произведения  содержат детальную картину боев на так называемом Донском  плацдарме. Саперный  батальон Н. Грибачева соорудил и оборонял мост в большой Донской излучине, через который прошли  десятки  тысяч  человек  и  свыше десяти тысяч машин,  тягачей,  тракторов,  танков, орудий. Из  моста  локального  значения он  превратился  в  стратегическую  транспортную  артерию,  утрата  которой  могла бы  оказаться  невосполнимой. Именно  с этого плацдарма в ноябре 1942 советские войска нанесли удар на Калач-на-Дону, замыкая в  окружение  всю  гитлеровскую  сталинградскую  группировку. Здесь на краю окопа Н. Грибачева  приняли  в  партию, здесь же -  уже  в  ноябрьские  дни - он  был ранен.  События  сталинградской  битвы нашли отражение в полных психологически достоверных деталей стихотворениях Грибачева  «В  окопе»,  «На  рассвете», «Размышления  в  минуту  затишья»  и многих других, а также в документально-художественных  книгах  «Здравствуй, комбат!», «Когда становишься солдатом…». В них, восхищаясь героизмом советских солдат, писатель  не  избегает  изображения  и  негативных сторон в их жизни, способствуя многомерному и многоцветному реалистическому воспроизведению объективному в конечном итоге исторической битвы.
К  этому же  поколению  литераторов, родившихся в начале двадцатого века, принадлежал и В. С. Гроссман, уходивший на фронт автором известной трилогии «Степан Кольчугин»  (см.  Гроссман Василий  Семенович). С первых дней  войны и до конца он был специальным корреспондентом  газеты «Красная  звезда», в качестве которого в августе 1942 - уже после варварской  бомбардировки  города  -  прибыл на  сталинградскую  землю  и  находился здесь до наступившего в битве перелома. За время битвы В. Гроссман побывал во многих местах Сталинграда, ставших историческими, накопил огромный материал, который нашел отражение первоначально в  очерках  «Первая  встреча»,  «Сталинградская  переправа»,  «Сталинградская быль», «Сталинградская битва», «Направление главного удара» и других, а затем в  романах  «За  правое  дело»  и  «Жизнь и  судьба». Особенность писательской манеры заключалась в том, что его интересовали не только батальные перипетии, но внутренний мир солдат и командиров, их бытовая устроенность, их поведение в повседневной жизни, служащее основой человеческого бытия. В. Гроссман считал, что одной из сильных сторон Сталинградской обороны то, что героизм советских людей сопряжен с бытовой естественностью и чистотой. Писатель одним из первых в советской литературе попытался выяснить истоки героизма защитников Сталинграда, осмыслить политическую философию строя, который при всей противоречивой сложности взаимоотношений личности и государства привел страну к победе.
Почти одновременно с Гроссманом на эльтонском аэродроме в Заволжье высадился еще один литератор из «писательского десанта» «Красной звезды» -  Константин Симонов, только что закончивший одноименную с его проникновенным стихотворением пьесу «Жди меня». Разговорившись на окраине Эльтона с группой бойцов, только что вышедших из боев, и затем уединившись в редакционном поезде газеты Сталинградского фронта «Красная Армия», он уже через несколько часов передал Д. Ортенбергу свой первый написанный на волжской земле очерк «Солдатская слава». В нем была не только горечь от того, что, по выражению героя этого очерка разведчика Семена Школенко, немец «допятил» нас до Волги, не только ощущение смертельной опасности, которая вновь нависла над Родиной. Главное, что было в этом очерке,-  это какое-то пророческое предчувствие нового Бородино, в котором так нуждался русский народ и которое не покидало советскую литературу даже в самые трудные для страны времена. Материалы и прототипы героев для последних произведений собирались К.Симоновым уже непосредственно в Сталинграде. Это и очерки, и рассказы «Пехотинец», «Перед атакой», и первая повесть о Сталинградской битве «Дни и ночи». Повесть показывает медленное, но неуклонное созревание в душах защитников Сталинграда чувства непобедимости. Симонов постоянно нацелен на сверхзадачу - художественное воспроизведение психологического содержания сталинградской эпопеи, ее нравственных уроков, вглядываясь в будничное, повседневное проявление души человеческой. Творческой установкой принципиальной важности для него было показать повседневное лицо войны, ее быт, в котором человеку приходилось ежечасно жить, думать, страдать, совершать все те же жизненные дела и процессы, которые не могла отнять у него война, а не только героические подвиги.
Близка к симоновским «Дням и ночам» по времени написания и принципам художественного изображения фронтовых событий повесть Виктора Некрасова Писатели «В окопах Сталинграда». В повести новым - в противовес официальной мифологии и идеологическим табу тоталитарной системы - был беспощадный реализм, не скрывающий ни упущений военачальников, за которые вынуждены были расплачиваться своим героизмом и кровью солдаты, ни духовных изъянов защитников Сталинграда, которые были отнюдь не ангелами. Писатель, сосредоточившись на том, чему был свидетель, с предельной достоверностью, с концентрированным психологизмом и детальностью показывает то, что происходило не в верхах, а в низах фронтового сообщества, в душах тех, кто был непосредственным участником сражения.
Разговор об особом «сталинградском духе» литературы, посвященной битве на Волге, зашел, когда сверстница В. Некрасова Галина Николаева опубликовала в журнале «Знамя» рассказ «Гибель командарма», который стал классикой советской  военной прозы. Сюжетом этого рассказа послужила трагическая гибель санитарно транспортного судна «Композитор Бородин», на котором будущая писательница была врачом-ординатором. Безоружный пароход, переполненный ранеными, стал легкой добычей фашистских стервятников. Поврежденный, он обреченно встал под жерла орудий фашистского  десанта, пробившегося на берег Волги. Но автор рисует не столько эту безысходную ситуацию, столько точными психологическими деталями воспроизводит те типы, для которых эта ситуация стала последним проявлением всей их человеческой и гражданской сущности. Писать по-сталинградски - это особая позиция и особый взгляд на мир, и особые принципы его воспроизведения. «Сталинградским» духом, духом бескомпромиссной правды, родившимся в горниле исторического сражения и перешедшим по наследству последующим литературным поколениям послевоенного времени, пронизаны многие сотни прозаических произведений, включая «Горячий снег» Юрия Бондарева и один из последних по времени написания роман Михаила Алексеева «Мой Сталинград».
У каждого из писателей, окунувшихся в огневую схватку на берегу Волги, был свой Сталинград, своя «Одиссея». Каждый из них вложил свой вклад в монументальную эпопею о величии подвига советского народа в Великой Отечественной войне. Только перечисление их имен и названий произведений, посвященных Сталинградской битве, могло бы составить увесистый библиографический том. Начало было положено Евгением Долматовским, уже в первые месяцы войны прошедшим через испытания окружения и плена. Ушедший на фронт по личному заявлению в Наркомат обороны, бежавший из плена, батальонный комиссар, ставший сотрудником газеты Юго-Западного (позднее Сталинградского) фронта, Е. Долматовский в середине июля 1942 попал в Сталинград. Первое его стихотворение «Отстоим Сталинград!» появилось 19 июля в полосе под шапкой «Умножить 433 славу героической обороны Царицына». Стихотворение дышало верой в неизбежность краха фашистской авантюры на Волге, подкрепленной ссылкой на историю страны и города.
Характерная черта военной лирики этих лет — углубление историзма, насыщавшее ее эпическими элементами. Сталинградская битва в сознании поэтов уже непосредственно в годы войны рассматривается как событие такого масштаба, которое, наследуя героическое прошлое, войдет в историю Великой Отечественной. Лейтмотив этого стихотворения отчетливо выражен в строках:
·
«Умереть, но ни шагу не сделать назад
Из сердец непреклонный заслон.
Отстоим Сталинград! От стоим Сталинград!
Не пропустим врага через Дон!»
·
В это же время появляются стихотворения «Товарищ! Враги у ворот!», «Разговор Волги с Доном», пророчески предсказывавшее:
·
«Не уйдут пришельцы из кольца.
Будет здесь положено начало
Вражеского конца».
·
В августе 1942 это стихотворение было выпущено листовкой в областной газете, появилось в «Комсомольской правде», а в ноябре, в разгар наступления в междуречье, перепечатано «Правдой». Это образец открыто публицистической, призывно-агитационной лирики, которая преобладала в годы войны. Долматовский постоянно бывал в войсках, и писал о конкретных людях, защищавших Сталинград. Это стихотворения «Партизанка», «Раненые», «Гвардейцы», «Курган», «Когда-нибудь», «Молодой боец» и многие др. Героями его стихотворных портретов стали медсестра Гуля Королева, санинструктор Мария Кухарская, бронебойщики Черный и Ходырев, пулеметчик из Чечено-Ингушетии Ханпаша Нурадилов, снайпер Максим Пассар, бойцы дивизии Родимцева и другие участники битвы. В дни жестоких боев за город газета «Красная Армия» целыми полосами печатала стихи Долматовского под общим заголовком «В осажденном Сталинграде».
Александр Яшин, поэт одного с Долматовским поколения, внес много собственных чувств и индивидуальных художественных деталей в хронику Сталинградской битвы. Первый военный год А. Яшин провел на Балтике, публикуясь в флотских изданиях, а летом 1942 был зачислен в Волжскую военную флотилию в штат политотдела инструктором по снабжению культпросветимуществом, затем редактором газеты во вторую бригаду, дислоцированную в Сталинграде, и находился здесь с августа до завершения битвы. Яшинский девиз «Работа поэта должна сливаться с работой солдата. Русские поэты всегда были храбрыми на войне» осуществлялся им на практике. Помимо чтения «свежеиспеченных» стихов на канонерских лодках и бронекатерах, он не упускал случая принять участие в боевых операциях. Первое стихотворение, которое он написал на сталинградской земле, «Круши его, матушка Волга», оперативно опубликовали журналы «Краснофлотец» и «Новый мир»: «Разбойничать немцу недолго, (На горло ему наступи.) Круши его, матушка  Волга, / Руби его, жги и топи». В конце августа Яшину было присвоено звание ст. политрука. Потрясенный варварской бомбардировкой города, заставшей его в центре Сталинграда, он тут же принимается за поэму, название которой определилось сразу, — «Город гнева». В середине сентября она появилась в газетах «Сталинградское знамя» и «Сталинградская правда», став первой поэмой о волжском сражении. За время пребывания на волжской земле Яшиным опубликовано около  70 стихотворений, которые вошли в сборники «Стихи о Сталинграде» (1944) и «Клятва» (1945). По мнению автора предисловия к первой книге секретаря областного комитета партии А. С. Чуянова, «эти стихи помогут воскресить величественную эпопею Сталинграда, образы наших славных героев, их боевой дух, силу и отвагу, величие и благородство их подвигов». Почти каждое яшинское стихотворение этой поры, будь то, к примеру, «Флаг», «Триста моряков» или упомянутая баллада, восходит к определенному факту, представляя собою неразвернутый репортаж.
Первая поэма о Сталинградской битве «Город гнева» активизировала развитие лиро-эпического жанра в литературе о войне, подключив к этой теме и яшинских земляков Сергея Орлова и Сергея Викулова. Первый хлебнул фронтового горя с лихвой, хотя и не воевал на сталинградской земле. Второй воевал в составе 38-й гвардейской стрелковой дивизии которая занимала участок северо-западнее Сталинграда. Будущий поэт был командиром 42-й гвардейской  отдельной. зенитно-артиллеристской батареи и о том, что испытал на сталинградской земле, рассказал уже в послевоенные годы. Орлов опубликовал поэму «Командир танка» о подвиге своего земляка, героя-танкиста Ивана Малозёмова, имя которого высечено на Мамаевом кургане, в 1945. Викулов написал поэму о нем же - «Венок к пьедесталу» - спустя многие годы после Победы.
Значительно беднее, нежели в прозе и поэзии, фронтовой Сталинград представлен в драматургии. Здесь главенствующие позиции занимают тоже непосредственные участники битвы на Волге: Ю. Чепурин, Н. Вирта и некоторые др. Перу первого принадлежат пьесы «Сталинградцы» (1944) (другое название — «Есть на Волге утес…»), «Последние рубежи» (1948) , «Совесть». Второму — пьесы «Солдаты Сталинграда» (1944), «Великие дни» (1947), «Утюжок» (1970). Лит.: Топер П. Ради жизни на земле. М.: Сов. писатель, 1985; Смирнов В. Воевал под Сталинградом. Кн. 1. Волгоград, 2006.
·
Сталинградская битва. Июль 1942 — февраль 1943: энциклопедия / под ред. М. М. Загорулько; Адм. Волг. обл., Волг. гос. Ун-т, Ин-т военной истории Мин. обор. РФ, ФГУК «Государственный историко-мемориальный музей-заповедник „Сталинградская битва“». 2-е изд., испр. и доп. — Волгоград: Издатель, 2009. — 752 с.: ил.